Подпишитесь на Re: Russia в Telegram, чтобы не пропускать новые материалы!
Подпишитесь на Re: Russia 
в Telegram!

Правый крен: выборы в Европарламент приведут к некритическому ослаблению центристской коалиции, но это все равно будет иметь существенные последствия


Наиболее вероятным исходом голосования на выборах в Европарламент 6–9 июня эксперты считают заметный рост числа депутатов от крайне правых партий, которые получат до 25% мест.

Это не приведет к революционным изменениям курса Евросоюза: центристы сохранят позиции в исполнительных органах, однако их позиции ослабнут. Решения Европарламента весьма часто являются результатом формирования ситуативных коалиций по различным вопросам, и в конфигурациях таких коалиций произойдут серьезные изменения.

Рост влияния крайне правых приведет к тому, что инициативы, направленные на дальнейшую интеграцию ЕС, будут иметь меньшую поддержку, а идеи большей свободы национальных правительств получат дополнительное подкрепление. Это не позволит Европе значительно продвинутся в решении ряда стоящих перед ней вызовов в экономической и, возможно, в оборонной сфере.

Ослабнут позиции левых, которые играли ключевую роль в продвижении «зеленой» повестки и либеральной миграционной политики и в борьбе с внутриевропейской автократизацией в некоторых странах.

Нынешние изменения в составе Европарламента не приведут к повороту во внешней политике ЕС, однако крайне правые преуспели в обострении дискуссии по этим вопросам, резонирующей с общественными озабоченностями. Увеличение их представительства будет способствовать дальнейшей поляризации в этой сфере.

Еще одна проблема — в том, что нынешний правый крен в европейской политике скорее всего еще далек от кульминации. Как показывают опросы, за крайне правых готова голосовать значительная часть молодых европейских избирателей. Это отличается европейскую ситуацию от американской, где избиратели Трампа в среднем существенно старше.

С сегодняшнего дня и до воскресенья 375 млн. избирателей будут голосовать за депутатов Европарламента. Согласно последним опросам, результатом этого станет формирование наиболее «правого» европейского законодательного органа за всю его историю, то есть с 1979 года. По подсчетам Politico на основе предвыборных рейтингов партий в странах ЕС, две крупнейшие крайне правые фракции Европарламента — «Европейские консерваторы и реформисты» (ECR) и «Идентичность и демократия» (ID) — получат в общей сложности 144 места. Еще 16 мест может получить «Альтернатива для Германии», партия «Фидес» венгерского премьера Виктора Орбана — 10 мест, польская «Конфедерация» — шесть, французская «Реконкиста» — пять, а болгарская пророссийская ультраправая партия «Возрождение» — три. Таким образом в общей сложности число ультраправых евродепутатов в новом составе может достичь 184. 

Это всего 26% мест 720-местного Европарламента, но больше, чем, согласно прогнозам, получит правоцентристская Европейская народная партия (EPP) председателя Еврокомиссии Урсулы фон дер Ляйен. Схожие расчеты приводит The Economist, по оценкам которого входящие в ECR и ID партии получат на предстоящих выборах по 10% каждая, еще 5% — различные малые правые партии, тогда как у правящей EPP в новом парламенте ожидается 22%. Как прогнозирует Европейский совет по международным отношениям (ECFR), в новом составе Европарламента, вероятно, сократятся в пользу крайне правых фракции не только двух основных политических групп — EPP и Прогрессивного альянса социалистов и демократов (S&D), но и центристской «Обновление Европы» (RE), а также объединения «Зеленые/Европейский свободный альянс» (G/EFA).

Все комментаторы и аналитики сходятся в том, что крайне правые депутаты из-за существующих между ними разногласий вряд ли смогут сформировать в Европарламенте единую фракцию и повлиять на выборы председателя Еврокомиссии и еврокомиссаров. Однако рост популярности правых обнажает проблему ослабления позиций партий мейнстрима в ведущих странах ЕС. Во Франции рейтинг ID вырос за последние полгода на 5 процентных пунктов, до 34%, и в пять раз превышает показатель EPP. В Италии ECR лидирует в опросах с рейтингом 27%, на втором месте идут социал-демократы S&D — 21%, тогда как у EPP — лишь 9%. В Испании EPP пока лидирует (36%), но ее рейтинги за последние месяцы снизились и здесь. В Германии популярность EPP растет (30%), однако на втором месте за ней идет крайне правая ID (16%). Правый переворот Европе не грозит, но правый крен налицо и будет иметь серьезные последствия.

Рост представительства правых сил и более глубокая фрагментация Европарламента повлияет и на работу исполнительных органов ЕС, отмечает The Economist: споры по поводу нового руководства Еврокомиссии и основного вектора дальнейшего развития Евросоюза могут продлиться до конца года. Урсула фон дер Ляйен заявила о желании продлить свои полномочия на следующий пятилетний срок. Пять лет назад ей удалось получить мандат благодаря голосам центристов, но в новом составе их коалиция сократится. Чтобы гарантировать переизбрание, фон дер Ляйен начала переговоры о создании альянса с итальянским премьером Джорджей Мелони — основанная ею партия «Братья Италии» входит в ECR. Это, однако, возмутило левоцентристских партнеров фон дер Ляйен, которые пригрозили не поддержать ее кандидатуру, пишет Politico.

По оценкам ECFR, резкий рост представительства крайне правых в новом составе Европарламента повлияет на структуру всех будущих коалиций. Так, большая центристская коалиция (ЕPP + S&D) может иметь в новом парламенте 42% вместо нынешних 45%, а сверхбольшая коалиция (ЕPP + S&D + RE) — 54% вместо нынешних 60%. Также снижается вероятность формирования правоцентристской и левоцентристской коалиций, зато вырастет доля голосов правых коалиций (например, доля коалиции, объединяющей правые фракции ECR и ID с центристской EPP, вырастет до 49% с нынешних 43%). 

Принимаемые Европарламентом решения как правило становятся результатом формирования ситуативных коалиций по разным вопросам. Так, отмечают эксперты ECFR, в работе парламента нынешнего созыва коалиция центристских партий (EPP + S&D + RE) принимала бо́льшую часть решений по вопросам бюджета, культуры и образования, внешней политики, внутреннего рынка и защиты потребителей, а также транспорта и туризма. В то время как партии левого спектра (S&D + RE+ G/EFA + левая франция GUE/NGL) доминировали в решениях по вопросам гражданских свобод, правосудия и внутренних дел, занятости, окружающей среды, а также прав женщин и гендерного равенства, а правые (EPP + RE + ECR, а иногда ID) играли ключевую роль в вопросах сельского хозяйства, промышленности и исследований, а также международной торговли. Поэтому сокращение голосов центристов, хотя и не выглядит критическим, на практике может привести к смещению баланса сил во многих конкретных областях.

Рост числа и влияния правых приведет к тому, что инициативы, направленные на дальнейшую интеграцию ЕС, будут иметь меньшую поддержку, а идеи большей свободы национальных правительств получат дополнительное подкрепление. «Менее интегрированный ЕС не сможет воспользоваться преимуществами эффекта масштаба (как это делают США или Китай), а это считается одним из ключевых факторов низкого роста производительности в Европе», — отмечается в обзоре Центра стратегических и международных исследований (CSIS).

Еще одним следствием поправения Европарламента станет блокировка решений по вопросам, в которых основная инициатива раньше принадлежала левым. Это может привести к ужесточению политики ЕС в сфере миграции и предоставления убежища, а также к смягчению позиции в отношении стран, которые отходят во внутренней политике от принципов верховенства закона (как сейчас Венгрия, а ранее Польша). Более того, изменения в балансе сил сделают центристские фракции (прежде всего ЕPР), которые доминируют на высших постах в исполнительных структурах ЕС, более склонными к нормализации отношений с авторитарно настроенными партиями и правительствами и, следовательно, менее склонными к принятию жестких мер по защите верховенства закона, полагают эксперты CSIS.

Но самые серьезные последствия ждет экологическая политика: большинство решений в этой области принималось благодаря незначительному большинству голосов левоцентристских партий, которое в новом составе Европарламента, вероятно, будет недостижимо. Это существенно подорвет политику «зеленого» курса и поставит под вопрос запланированное достижение ЕС климатической нейтральности к 2050 году. Поправение Европарламента повлияет и на национальную политику государств-членов ЕС, констатируют в своих прогнозах и ECFR, и CSIS.

Несмотря на то, что тема скорейшего прекращения войны в Европе была взята на вооружение рядом крайне правых партий и активно продвигалась российской пропагандой (→ Re: Russia: Предвыборный пацифизм), поворота в вопросе поддержки Украины ожидать не следует, сходится большинство комментаторов и аналитиков. Проукраинская позиция основана на широком консенсусе партий разного спектра, в том числе и некоторых крайне правых, таких как партия Джорджи Мелони. Впрочем, изменения настроений избирателей, часть которых напугана перспективой эскалации, могут оказывать влияние на их позицию. Однако главная проблема Европы в настоящий момент — не в выборе принципиальной линии в вопросе поддержки Украины и противостояния российской угрозе, а в выработке механизмов этой поддержки и укрепления военного потенциала ЕС.

Хотя вопросы обороны и безопасности относятся к компетенции Европейского совета и Совета по иностранным делам, Европарламент уже продемонстрировал, что способен влиять на решения в этой сфере, когда отказался утвердить в апреле аудит бюджета Европейского совета и Совета министров на 2022 год, пока Украине не будут предоставлены дополнительные системы ПВО Patriot. Европарламент также одобряет семилетний и, внутри него, годовой бюджеты ЕС. Именно в ходе парламентских дискуссий предлагаемое увеличение расходов на оборону было перераспределено в 2022 году в пользу других сфер, в частности сельского хозяйства.

Парадокс заключается в том, что ситуация с обороной и безопасностью ЕС сегодня выглядит не рядовым вопросом, а критическим. Европа не располагает достаточным военным потенциалом ни для эффективной помощи Украине, ни для адекватного ответа на возникшие угрозы со стороны Москвы. Решение этой проблемы возможно лишь путем нетривиальных и революционных мер — с помощью существенного увеличения военных расходов, учреждения поста комиссара ЕС по вопросам обороны и выпуска совместных долговых обязательств для финансирования конкретных программ (в частности поддержки Украины), отмечают эксперты CSIS. То есть с помощью решительных шагов по повышению степени европейской интеграции в этой сфере. Без этого декларированные цели поддержки Украины и укрепления европейской безопасности останутся декларативными, что обнажит слабость Союза.

Нынешние выборы не приведут к решительному повороту во внешней политике ЕС, однако крайне правые партии преуспели в обострении дискуссии по этим вопросам, резонирующей с общественными озабоченностями. Увеличение представительства крайне правых в Европарламенте будет способствовать дальнейшей поляризации в этой области, констатируют эксперты CSIS. 

Проблема, однако, состоит также в том, что нынешний правый крен скорее всего еще далек от кульминации. По данным опросов, которые анализирует Politico, в наибольшей степени поддержку евроскептикам оказывают молодые избиратели. Во Франции за возглавляемое 28-летним Жорданом Барделлой «Национальное объединение» собираются проголосовать 32% избирателей в возрасте до 25 лет, бельгийская партия Vlaams Belang, выступающая за независимость Фландрии, пользуется поддержкой 32% мужчин в возрасте до 27 лет, в Финляндии националистическую Партию финнов поддерживает треть избирателей в возрасте до 44 лет. Из этого можно сделать вывод, что нынешнее поправение Европарламента — часть длительного тренда. И в этом отношении ситуация в ЕС кардинально отличается от США, где Дональд Трамп пользуется популярностью преимущественно у избирателей старших возрастов.