Нормативная лояльность: лояльность войне и официальной риторике среди опрошенных полстерами остается высокой, хотя энтузиастов войны крайне мало


Только 11% опрошенных выражают готовность пойти на фронт на «некоммерческих» основаниях, еще 20% готовы отправиться воевать в среднем за 250 тыс. рублей в месяц, а 40% не готовы ни при каких условиях. При этом значительная часть россиян смирилась с мобилизацией как неизбежностью и даже необходимостью, следует из данных опросов проекта Russian Field, проведенных в конце ноября — начале декабря. Те респонденты, которые согласились отвечать полстерам, демонстрируют достаточно высокую лояльность войне и официальным «военным» нарративам. Доля сторонников мирных переговоров здесь даже ниже, чем в опросах «Левада-центра». Однако лояльность «спецоперации», мобилизации и официальным нарративам вокруг них не означает наличия позитивной поддержки войны или восприятия ее как «экзистенциальной», как ее стремятся представить власти.

Проект Russian Field (RF), который с начала войны проводит опросы об отношении к ней россиян, опубликовал результаты десятой волны общероссийского телефонного опроса, проведенного с 29 ноября по 5 декабря. Особенностью отчетов RF является тщательная фиксация уровня «достижимости» респондентов, то есть отказов и прерываний интервью. Проблема «достижимости» и вопросы, насколько адекватными являются результаты массовых опросов в условиях войны и репрессивного давления и какая часть отказов от интервью может быть связана с тем, что респонденты не хотят сообщать свое мнение, которое отличается от насаждаемого «нормативного» отношения к войне, стали в последние месяцы предметом острой дискуссии.

Проект RF фиксирует, что на протяжении всего военного периода «достижимы» оказываются 5–9% потенциальных респондентов. Причем в первых двух волнах это были 7,8 и 9,3% (конец февраля — начало марта), в середине марта (после принятия уголовных и административных статей о дискредитации армии) уровень достижимости составил 5,3% и затем колебался в диапазоне 5,3–7,4% (6,2% в среднем). Этих данных недостаточно для твердых утверждений, но предположение, что готовность части респондентов говорить с полстерами снизилась после начала репрессий против антивоенных высказываний, получает в этих данных дополнительную поддержку. Раньше полстерам отвечали 8 человек из 100, теперь 6, и эта разница выглядит существенной («Левада-центр» оспаривает предположение об изменении достижимости на своих данных).

Так или иначе, общая «температура» общественного мнения в опросе RF в целом близка той, которую демонстрируют данные «Левада-центра». 68% опрошенных в выборке RF считают, что страна движется в правильном направлении. Это очень высокое значение: в «нормальной жизни» — в 2019–2021 годах — на аналогичный вопрос левадовского опроса положительно отвечали в среднем 48% респондентов, с конца марта по конец августа — 68%, а в конце сентября (после объявления мобилизации) эта цифра упала до 60% (61% в ноябре). Таким образом, эффект военной мобилизации, давший столь высокий процент одобрения общего курса страны после начала войны, ослаблен, но не исчез совсем.

В отношении к войне заметно снизилось (по сравнению с летом) представление о том, что «спецоперация» проходит успешно. Однако 50% опрошенных все еще разделяют это мнение (летом было 62%; в ноябрьском опросе «Левада-центра» — 54%). При этом среди тех, для кого основным источником информации является телевизор, это мнение и сегодня разделяют 62%, среди читателей интернет-СМИ и телеграм-каналов — 46–48%, среди тех, кто ориентируется на разговоры с близкими и друзьями («сарафанное радио»), — 42%, а среди тех, кто ориентируется на YouTube, — 28%.

74% респондентов в выборке RF поддерживают присоединение к России оккупированных украинских территорий. 44% считают, что надо продолжать военную операцию, 45% выступают за начало мирных переговоров (у «Левада-центра» доля сторонников мирных переговоров выше — 53–57%). 62% опрошенных RF считают, что мобилизация была необходима, 23% придерживаются противоположного мнения. Но среди молодых (18–29 лет) это соотношение составляет 45% против 43%, а среди поколений 45+ — 70% против 15%. В целом можно сказать, что если в первый момент мобилизация вызвала в общественном мнении мощный шок, то теперь, по прошествии двух месяцев, признание мобилизации как легитимного и необходимого решения закрепилось как мнение определенной части общества, в особенности среди мужского населения и старших возрастов (на это указывают и данные опросного проекта «Хроники»). Даже вторая волна мобилизации вызовет определенно негативные эмоции у 53% опрошенных. И хотя среди младших возрастов (18–44 года) такие чувства испытают 60%, а среди женщин — 64%, в целом это достаточно низкая цифра, которая демонстрирует отсутствие антимобилизационной консолидации.

На фирменный проспективный вопрос RF «Если бы у вас была возможность вернуться в прошлое и отменить решение о начале военной операции, сделали бы вы это?» положительно отвечают 51%, и это меньше, чем в марте и июне (57 и 55%). В двух других проспективных вопросах распределения следующие: если Владимир Путин объявит новое наступление на Киев, поддержать его готовы 57% опрошенных, не готовы — 28% и, наоборот, если Путин подпишет завтра мирное соглашение с Украиной, его поддержат 70%, а не поддержат 22%. В обоих случаях доля тех, кто поддержит решение Путина, несколько снизилась (в конце сентября — начале октября она составляла соответственно 60 и 75%), а доля тех, кто не поддержит мирное соглашение, выросла с 18 до 22%. По мере того как издержки операции (в частности, человеческие потери) растут и касаются все большего количества людей, партия «войны до победного конца» будет укрепляться, хотя вряд ли значительно. Около 50% опрошенных поддержат любое из двух решений Путина.

Чуть более половины (52%) респондентов в выборке RF говорят, что среди их родственников и друзей есть люди, которые принимают участие в специальной военной операции. Особенно часто так говорят мужчины (59%) и почему-то более обеспеченные (60%). Как и в других опросах, провоенная партия — это в большей степени мужчины, люди старшего возраста и с более высоким доходом, в то время как антивоенная партия — это в большей степени женщины, молодежь и более бедные.

В целом опросы RF демонстрируют достаточно высокую лояльность населения войне и официальным нарративам. Это не значит, однако, что война воспринимается с каким бы то ни было энтузиазмом или ощущается как «народная». Так, отвечая на вопрос, за какую сумму респонденты готовы согласиться на участие в военных действиях, 40% сказали, что ни за какую, и лишь 11% выразили определенный моральный энтузиазм, сказав, что деньги или их размер не важны. Еще 20% опрошенных оценили свое участие в сумму в среднем около 250 тыс. рублей в месяц.


Читайте также

19.01 Опросы Обозрение Иностранные агенты и военные аномалии: опросы фиксируют всё новые деформации общественного мнения в 2022 году 06.12.22 Опросы Обозрение Война залипла: напряжение, связанное с мобилизацией, частично спало, сторонники мирных переговоров остаются в большинстве, но менее внушительном, чем раньше 30.11.22 Опросы Экспертиза Фрустрации спецоперации Надя Евангелян, Андрей Ткаченко Жителям России все труднее отвечать на вопросы о том, когда закончится «спецоперация», насколько успешно она протекает, а число россиян, которые испытывают тревогу или ощущают депрессивные настроения, растет, следует из данных последней волны опроса независимого проекта «Хроники». Уровень поддержки войны, который фиксирует этот проект, остается неизменным с начала лета и составляет около 55%, при этом ядро поддержки «спецоперации» составляет не более трети всех опрошенных.