Сопротивление сопротивлению: репрессии против противников войны носят систематический, но не массовый характер


Репрессии в отношении противников войны носят систематический, но не массовый характер, следует из обзора ОВД-Инфо, собравшего вместе все доступные данные об их масштабе и о том, как они устроены. Вопрос о масштабе репрессий имеет не просто статистический интерес, но позволяет прояснить, насколько резистентно или пассивно российское общество в своем отношении к войне. Первые дни войны были отмечены всплеском активного антивоенного сопротивления, однако стремительно принятый пакет репрессивных поправок в законодательство фактически криминализировал антивоенные выступления. В целом за шесть с половиной месяцев войны было произведено 16,5 тыс. задержаний полицией, возбуждено 3,8 тыс. административных и 237 уголовных дел за антивоенные выступления. Более 60 человек находятся в СИЗО, еще около 40 — под домашним арестом или на свободе с теми или иными ограничениями, более 30 — в розыске. Кроме того, демонстративные и систематические репрессии являются инструментом выдавливания активистов и публичных фигур из страны.

24 февраля, в первый день войны в Украине, в России задержали тысячи протестующих, на которых составили протоколы об участии в «несогласованных» акциях протеста. Вскоре после этого был принят большой пакет поправок и дополнений в Уголовный, Административный и Уголовно-процессуальный кодексы РФ. Уже 4 марта в УК РФ были внесены статья 207.3 о «фейках» про вооруженные силы, по которой грозит до 15 лет лишения свободы, и статья 280.3 о «публичных действиях, направленных на дискредитацию армии» (до 5 лет колонии). В этот же день в КоАП РФ внесли статью 20.3.3 о дискредитации армии, по этой статье гражданам грозит штраф до 50 тыс. рублей, а если их действия «создают угрозу жизни или нарушают общественный порядок», он может вырасти до 100 тыс. рублей. 

По данным ОВД-Инфо, всего за полгода войны российские власти провели более 16,5 тыс. задержаний, завели 3,8 тыс. административных и 237 уголовных дел за антивоенные высказывания и выступления.

Около 90% задержаний — более 15 тыс. — приходятся на первый месяц войны: к концу марта силовики в основном справились с уличной митинговой активностью. Задержания продолжались за ношение антивоенной символики (118) и антивоенные посты в соцсетях (138). Используются задержания и в качестве акций устрашения: так, в день российского флага полиция без всякого повода, используя систему распознавания лиц, задержала в метро 33 человека, ранее участвовавших в оппозиционных акциях.

По статье 20.3.3 КоАП (дискредитация армии) заведено более 3800 дел, пишет ОВД-Инфо со ссылкой на подсчеты «Медиазоны». Больше всего дел — в Москве (517), Санкт-Петербурге (229), Краснодарском крае (179), Свердловской области (107) и Крыму (107). Пик возбуждения дел пришелся на первые три месяца войны: в среднем это более 800 дел в месяц, летом интенсивность упала до 300–400 дел в месяц. Основное внимание власти уделяют лидерам мнений — политическим деятелям, журналистам и блогерам. На улицах задерживают не только пикетчиков с плакатами «Нет войне», но и людей с чистыми листами бумаги, звездочками вместо слов, цифрами «35», отсылающими к фразе «Нет войне», и т. д. 

По уголовным делам преследуются 237 человек. Около половины из них (102 человека) преследуются по статье о фейках (ст. 207, распространение заведомо ложной информации о действиях вооруженных сил), но кроме них есть обвиняемые в вандализме по причине ненависти (ст. 214, 38 человек), дискредитации использования вооруженных сил (ст. 280.3, 19 человек) и по террористическим статьям (ст. 205, 17 человек).  

Более 60 человек находятся в СИЗО, еще 40 человек под домашним арестом или на свободе с теми или иными ограничениями, более 30 в розыске. Известно, что более 40 человек уехали из России. По количеству уголовных дел лидирует Москва — 55 фигурантов, 37 — из Санкт-Петербурга; на третьем месте находится Республика Крым с 10 уголовными преследованиями (при этом население Крыма — в три раза меньше, чем Санкт-Петербурга). 25% всех фигурантов — политические активисты, 10% — журналисты. Причиной возбуждения дела может быть пост в соцсети, нанесение антивоенных надписей или антивоенная акция.

Особой формой репрессии являются признание организаций «нежелательными», криминализующее контакты с ними, и признание организаций и физических лиц «иностранными агентами», также накладывающее ограничения на их права и деятельность. С начала войны список нежелательных организаций пополнился на 15 позиций (это почти четверть от их общего числа). Список причисленных к «иноагентам» пополнился на 74 позиции. В последнее время Минюст особенно активно признает иноагентами физических лиц — публичных фигур, блогеров и журналистов, находящихся за границей.

Как следует из обзора ОВД-Инфо, репрессии за антивоенные высказывания носят вполне систематический, хотя и не массовый характер, что соответствует в целом профилю российского авторитаризма как низкорепрессивного. При этом обширное репрессивное законодательство эффективно выдавливает из страны активистов и публичные фигуры — так, из 237 фигурантов «антивоенных» уголовных дел 43 покинули Россию (а местонахождение еще 67 неизвестно). Впрочем, успех стратегии «выдавливания» определило и то обстоятельство, что систематические репрессии против оппозиции и политических активистов начались в 2021 году с разгромом структур ФБК — в результате наиболее организованные группы активистов были выдавлены из страны или попали в СИЗО еще до начала войны, что в свою очередь повлияло на градус антивоенных протестов.