Правительству следует сосредоточиться на поддержке тех производств, которые увеличивали свою конкурентоспособность в последние десять лет, но в результате санкций могут потерять экспортные рынки, пишут эксперты


Ориентированные преимущественно на внутренний рынок сельское хозяйство, пищевая промышленность и целлюлозно-бумажные производства в течение последних десяти лет добились определенного роста своей международной конкурентоспособности. Однако теперь позиции этих отраслей на внешних рынках оказались особо уязвимыми, пишут эксперты Центра макроэкономического прогнозирования (ЦМАКП) и рекомендуют правительству сосредоточиться на их поддержке. Анализ конкурентоспособности российской промышленности, опирающийся на анализ цепочек добавленной стоимости, показывает наличие в российской промышленности высококонкурентного сырьевого ядра, умеренно конкурентного сектора (на поддержку которого и следует обратить внимание) и крупного сектора малоконкурентных отраслей с высокой зависимостью от импорта и минимальными возможностями дальнейшего экспорта.

К моменту резкой перестройки внешнеторговых отношений реальный сектор российской экономики делился на три сегмента с разным профилем конкурентоспособности, отмечают эксперты ЦМАКП в одной из «тетрадей» намеченного ими комплексного анализа того состояния, в каком российская экономика подошла к «санкционному кризису».

Конкурентоспособность отраслей эксперты определяли согласно модифицированному индексу конкурентных позиций. Логика индекса лежит в плоскости анализа «цепочек добавленной стоимости», где каждый товар понимается как соотношение ввезенного для его производства импорта, добавленной на территории страны стоимости и дальнейшего экспорта товаров этой группы. Конкурентоспособность определяется в результате как отношение импорта, необходимого для производства товаров, к добавленной на территории России валовой стоимости (ВДС), а также отношение этой стоимости к той доле продукции отрасли, которая экспортируется. Получается, что чем больше отношение импорта к ВДС, тем менее конкурентоспособна отрасль, но чем больше отношение экспорта к ВДС, тем она более конкурентоспособна.

В итоге в ЦМАКП выделяют в российском производстве следующие сегменты:

  1. Четкое высококонкурентоспособное сырьевое ядро специализации: добыча полезных ископаемых (прежде всего, нефти и газа), производство нефтепродуктов, металлургия и обработка древесины. Отношение импорта к ВДС в этих отраслях не превышает 20%, а доля экспорта в их продукции не опускается ниже 50%.

  2. Набор умеренно конкурентоспособных отраслей, ориентированных на локальный (внутренний) рынок. Этот сегмент представлен сельским хозяйством и пищевой промышленностью, производством бумаги и бумажных изделий, полиграфией, производством стройматериалов, металлических изделий, судов и железнодорожной техники. И отношение импорта к ВДС и доля экспорта в ВДС не превышают здесь 45%.

  3. Плеяда малоконкурентоспособных секторов с высокой долей импорта: легкая промышленность, фармацевтика, производство резиновых и пластмассовых изделий, полный спектр отраслей машиностроения (за исключением судов и железнодорожной техники), производство прочих готовых изделий. Соотношение импорта и ВДС превышает здесь 60%, а дальнейший экспорт минимален.

В целом такая картина в экономике сохранялась на протяжении последних десяти лет, однако наблюдалось несколько тенденций:

  1. Наиболее заметные изменения в уровне конкурентоспособности происходили в ориентированных на внутренний рынок умеренно конкурентоспособных отраслях. За десять лет сальдо внешнеторгового баланса сразу четырех отраслей — сельского хозяйства, пищевой промышленности, производства судов и железнодорожной техники, а также бумаги и бумажных изделий — стало положительным. Это означает, что они увеличивали либо локализацию производства, либо свой дальнейший экспорт.

Как пишут эксперты ЦМАКП, возглавляемого Дмитрием Белоусовым, братом вице-премьера РФ Андрея Белоусова, активно участвующего в формировании российской экономической политики, эти сектора «должны оставаться в центре внимания промышленной политики, поскольку способны успешно развиваться с ориентацией преимущественно на внутренний рынок, что важно в условиях текущего кризиса».

  1. Наименее конкурентоспособными отраслями остаются производство машин и оборудования для разных секторов экономики и легкая промышленность. Конкурентоспособность автопрома вплоть до 2015 года устойчиво повышалась благодаря локализации сборки иномарок, однако со второй половины 2010-х процесс локализации затормозился.

  2. Конкурентоспособность деревообработки и металлургии неуклонно увеличивалась, их разрыв с топливно-энергетическим сектором, позиции которого в последние пять лет находились на стабильном уровне, сокращался.

В условиях ограничений на внешнюю торговлю и, в частности, ограничений для российского экспорта принципиально важным становится вопрос, как сохранить присутствие российских товаров на внешних рынках и в каких секторах риски их «выдавливания» с зарубежных рынков наиболее велики, пишут эксперты ЦМАКП во второй записке.

Прочность позиций России на экспортных рынках оценивалась по двум критериям — по относительным позициям среди других стран по географической концентрации экспорта и удельным экспортным ценам. Эксперты исходили из предпосылки, что позиции наиболее прочны по товарам, реализуемым на многих внешних рынках по высоким ценам, и наименее устойчивы по нишевым низкомаржинальным товарам.

В итоге российские экспортоориентированные отрасли разделили на четыре категории:

I. Высокомаржинальная модель широкого присутствия на зарубежных рынках — она характерна для нефтепереработки (91% объема экспорта отрасли), отдельных товаров пищевой промышленности (16%), химического комплекса (13%) и металлургии (14%). Это наиболее устойчивая модель, так как она дает возможность для маневра как в отношении выбора торговых партнеров, так и цен.

II. Низкомаржинальная модель широкого присутствия на экспортных рынках — добывающий сектор (97%), химический комплекс (51%), металлургия (32%), пищевые производства (27%), лесобумажная промышленность (22%) и пр. Это товары, которые присутствуют на внешних рынках за счет относительно низкой цены их реализации.

III. Высокомаржинальная модель нишевого присутствия на зарубежных рынках охватывает 30–45% объемов экспорта в легкой промышленности, машиностроении и металлургии. При этом ни в одной отрасли эта модель однозначно не доминирует.

IV. Низкомаржинальная модель нишевого присутствия, кроме сельского хозяйства (70%), преобладает в лесобумажных производствах (68%), пищевой (48%) и легкой промышленности (50%), машиностроении (55%).

Риск «выдавливания» с рынков велик именно в двух последних моделях, но в модели III есть запас по снижению экспортных цен для сохранения позиций. А в модели IV риск утраты позиций на экспортных рынках максимален. В добыче полезных ископаемых ожидаемо преобладает модель широкого присутствия на рынках при наличии дисконта к цене (модель II): авторы записки вспоминают опыт реализации нефти марки Urals со скидками до $30 за баррель. В сельском хозяйстве 70% экспорта формируется за счет товаров, поставляемых на узкий круг рынков по относительно низким ценам (модель IV).

Относительная значимость моделей присутствия России на экспортных рынках по видам экономической деятельности по стоимостным объемам экспорта, %

Таким образом, именно в тех отраслях, которые укрепляли свою конкурентоспособность в последние десять лет (как это показано в первой записке), в настоящий момент — в результате санкций — риски потери экспортных рынков самые высокие. Именно поэтому им необходима поддержка за счет внутреннего рынка, отмечают эксперты ЦМАКП. Впрочем, они не объясняют, в каких формах она может быть оказана.