Подпишитесь на Re: Russia в Telegram, чтобы не пропускать новые материалы!
Подпишитесь на Re: Russia 
в Telegram!

Голый Голиаф: российский ВПК не смог решить проблему импортных комплектующих — запасы техники и вооружений истощаются


Вопрос, способна ли Россия вынести войну на истощение с точки зрения оснащенности армии оружием, техническими средствами и боеприпасами, остается открытым. С российской стороны из зоны боевых действий периодически поступают сведения о недостатке снарядов и технических средств, а Кремль озабочен систематическим срывом оборонзаказа. Хотя западные санкции не подорвали экономику России, возможности страны вести длительную войну сокращаются в силу неспособности производить значительный спектр необходимых вооружений в условиях санкций и неготовности стран глобального Юга к военному сотрудничеству с ней. В этой ситуации даже массированные вливания средств в «оборонку» не ведут к достаточному эффекту. Еще какое-то время Россия сможет использовать запасы, сформированные под долгосрочные контракты, заключенные до февраля 2022 года, но без интенсивных пополнений на фоне эмбарго эти запасы неизбежно истощаются.

По сообщению Русской службы ВВС, объясняя причины, которые вынудили их оставить свои позиции, мобилизованные военнослужащие 1442-го полка ссылались на качество боеприпасов: «Боеприпасы ужасные, они даже не улетают, которые улетают — они не взрываются; и их нету практически». После начала полномасштабной войны большинство оборонных предприятий перешли на усиленный рабочий режим, государственные вливания в «оборонку» достигают немыслимых размеров. Однако снарядов и вооружений, как свидетельствуют эта и другие утечки из зоны боевых действий, не хватает, а те, что есть, часто очень низкого качества. Об острой нехватке свидетельствуют и отчаянные закупки снарядов и оружия в Северной Корее. При том что технический и экономический потенциал России многократно превосходит украинский, а ее оборонная отрасль превратилась в священную корову российского правительства, вопрос, способна ли Россия вынести войну на истощение с точки зрения оснащенности армии оружием, техническими средствами и боеприпасами, остается открытым. 

Кремль пытается бороться с проблемой сталинскими методами. В обзоре, посвященном трудностям, с которыми столкнулось в России развертывание военных производств, «Новая газета Европа» подсчитала, что после начала войны число уголовных дел за срыв гособоронзаказа выросло в два раза, а за неполный 2023 год уже возбуждено столько же дел, сколько за весь 2021-й. С февраля 2022 года Федеральная антимонопольная служба оштрафовала 419 сотрудников предприятий за срыв гособоронзаказа, но в реальности санкций может быть гораздо больше, поскольку в расчеты «Новой» заложены только апелляции сотрудников на решения ФАС. Повторное нарушение влечет за собой уголовное преследование и заключение вплоть до десяти лет. Больше всего сотрудников, обвиненных в срыве гособоронзаказа, «Новая» обнаружила на следующих предприятиях: Центр судоремонта «Звездочка» (74), Конструкторское бюро приборостроения (39), Ракетно-космический центр «Прогресс» (34), «Севмаш» (22) и «Уралвагонзавод» (20).

Однако основной причиной срыва поставок журналисты называют нехватку комплектующих, вызванную санкциями на импорт в Россию полупроводников и электроники, широко используемых в авиации, ПВО и производстве автомобилей. Например, Ульяновский автомобильный завод, производитель автомобилей «Патриот», сорвал к началу войны оборонный заказ на поставку патрульных машин из-за отсутствия альтернатив западным блокам управления, электронике для подушек безопасности и комплексам видеонаблюдения. А переход на комплектующие из Индии и Китая поднял стоимость автомобилей на треть. Авиация, судостроение и космическая промышленность зависят от западных комплектующих сильнее всего — именно в этих сферах и обнаруживается наибольшее число срывов гособоронзаказа, отмечают расследователи «Новой». 

Поддающиеся учету потери российских вооружений после начала полномасштабной войны против Украины находятся на уровнях, с которыми современная Россия никогда не сталкивалась, отмечает военный аналитик Павел Лузин. По его оценке, в обозримой перспективе российские вооруженные силы уже не смогут восстановить свой потенциал. Но и в текущем режиме восполнение израсходованных снарядов и выбывающей техники оказывается колоссальной проблемой. При этом даже не поврежденная боями техника требует значительных затрат на обслуживание и новых комплектующих. Так, ресурс двигателей В-84 и В-92 и их модификаций, устанавливаемых на танки Т-72Б3 и Т-72Б3М, не превышает 1 тыс. часов до капитального ремонта. В условиях мирного времени этот фактор выглядит практически незначимым, но в условиях затяжной войны создает статью непредвиденных расходов и создает «узкие места» в военно-технической логистике. Большинство участвующих в нынешней войне танков будут постоянно нуждаться в серьезном восстановительном ремонте, требующем заводских, а не полевых условий. При этом с начала 2010-х даже на производстве танковых двигателей используется импортное промышленное оборудование, отмечает Лузин. 

Какое-то время страна может использовать запасы комплектующих и материалов, сформированные под долгосрочные оружейные контракты до февраля 2022 года, но без пополнений на фоне эмбарго они быстро истощаются. Некоторым предприятиям ВПК до сих пор удается получать подсанкционные комплектующие — так, например, The Insider недавно выяснил, что, несмотря на экспортный контроль, один из ключевых импортеров микроэлектроники из Латвии, компания «Леста-М», продолжал поставлять в Россию микросхемы, используемые в том числе для производства баллистических ракет «Искандер». Однако с ужесточением и дальнейшей оптимизацией санкционного законодательства таких лазеек, скорее всего, будет становиться все меньше.

Сложности с поставками блокируют и развитие производства беспилотников. Тот же Лузин напоминает, что серийное производство С-70 «Охотник» было запланировано на 2023 год, а теперь отложено до 2025-го. Скудный прогресс наблюдается и у ударного беспилотника (БПЛА) «Альтиус», производство которого должно было быть запущено более года назад. Основная проблема — отсутствие достаточного количества двигателей, поскольку первоначальный план был основан на использовании дизельных агрегатов RED A03 немецкого производства. Сейчас в России разрабатываются две альтернативы, но серийное производство первой из них начнется не раньше 2025 года (30 двигателей ежегодно), если не произойдет никаких сбоев. Второй вариант — поршневой двигатель АПД-500 — был создан на основе автомобильного двигателя, разработанного ФГУП «НАМИ» совместно с Porsche в 2010-е. А это означает, что и он зависит от импортных компонентов, и потому неясно, сможет ли Россия самостоятельно начать его серийное производство.

При том что западные санкции, по общему мнению, не смогли подорвать российскую экономику, продолжающую экспортировать нефть и прочие сырьевые товары в значительных объемах, возможности страны вести продолжительную войну под их влиянием и в условиях неготовности стран глобального Юга сотрудничать с Россией в военной сфере, значительно сокращаются.


Читайте также

26.06 Опросы Обозрение Санкционное ралли: международные санкции ведут к патриотической мобилизации, пока их экономический ущерб для «простого человека» выглядит незначительным 04.06 Санкции Экспертиза Динамика изоляции в условиях фрагментации: итоги двух лет санкционного эксперимента Александр Либман Ограниченный эффект санкций в отношении России определили несколько факторов: изменение структуры мировой экономики, эффекты логики арбитража и внутренние противоречия санкционного режима. Дальнейшая динамика влияния санкций будет носить циклический характер: новые инструменты контроля — новые пути их обхода. А в долгосрочном периоде все будет зависеть от того, насколько российская экономика сохранит свое рыночное ядро. 07.05 Санкции Обозрение Санкционный комплаенс: ключевую роль в контроле поставок товаров двойного назначения в Россию могут сыграть западные банки