Подпишитесь на Re: Russia в Telegram, чтобы не пропускать новые материалы!
Подпишитесь на Re: Russia 
в Telegram!

Голем: мятеж, который поднял Путин

Кирилл Рогов
Директор проекта Re: Russia, приглашенный исследователь Института социальных наук (IWM), Вена
Кирилл Рогов
Как это всегда бывает, создателю Голема кажется, что его можно остановить, поэтому он делает его все более убедительным, чтобы эффективнее пугать других. Пока, на самом деле, не выясняется, что Голем поверил в себя. Хотя сейчас в центре внимания — продвижение подразделений ЧВК Вагнера к Москве, главное восстание Пригожина разворачивается в риторическом пространстве. Это восстание уже нанесло сокрушительный удар по путинской войне, поскольку он обрушился на нее не на языке либеральных противников войны, а на языке ее сторонников. Аналогии с 1917 годом, которые были очевидны уже давно, сейчас встают во весь рост. Искусственный патриотический ажиотаж крайне опасен, поскольку в плане военных неудач он грозит полным развалом фронта и  военной машины.

С лета прошлого года Путин, не доверявший Министерству обороны и Генштабу, начал накачивать ЧВК «Вагнер» как альтернативу официальным военным структурам. Уже осенью Пригожин и та партия в окружении Путина, которая поддерживала пригожинский проект, боролись за влияние в вопросе назначения главы воюющей в Украине группировки. 

С декабря прошлого года конфликт вагнеровцев с руководством Министерства обороны перешел в публичную сферу. Пригожин демонстрировал, что не подчиняется «Фрунзенской набережной», оскорблял и материл армейское руководство, зарабатывая на этом очки. В Кремле считали это выгодным для себя: Пригожин, таким образом, именно на армейском руководстве фокусировал ответственность за неудачи в ходе войны, выводя из-под удара Путина. Эта задача требовала сильных средств, потому что в начале войны Путин (уверенный в победе) принял на себя слишком большую за нее ответственность.

Всем казалось, что Пригожина в любой момент можно остановить. И это было правдой. Как всегда это бывает, что я и повторял многократно, создателю Голема всегда кажется, что его можно остановить, и поэтому он делает его все более и более убедительным, чтобы эффективнее пугать им других. До тех пор, пока по факту не выясняется, что Голем сам поверил в себя.

Но дело даже не в военном мятеже, а в мятеже риторическом. Пригожин нанес сокрушительный удар по путинской войне тем, что говорит не на языке либеральных противников войны, а на языке ее сторонников. Он выступает в том же риторическом регистре, что и сам Путин. И когда Путин произносит видеообращение с призывом к мятежникам остановиться, достаточно лишь капельки воображения, чтобы представить, что предатели в его речи — это руководство Министерства обороны, а силы патриотизма и сплочения — Пригожин и его армия.

Вся Россия увешана плакатами, призывающими россиян присоединяться к ЧВК «Вагнер», студентам и школьникам уже полгода рассказывают о них как об образце патриотизма в «Разговорах о важном». Слом картинки бьет по самому Путину. Так может и он — «оказался наш отец не отцом, а сукою»? Дискурс войны прорван изнутри. Настоящий патриот своей Родины — тот, кто материт тех, кто начал войну, бросал в мясорубку солдат как пушечное мясо (эту модель войны, кстати, в наиболее циничном виде использовал сам Пригожин) и убил 100 тысяч военнослужащих без всякой цели.

(Эти 100 тысяч убитых российских солдат, кстати, тоже являются информационным прорывом. Даже если фактические потери меньше, в чем я лично не уверен, заставить людей «развидеть» эту цифру будет уже не так просто.)

Именно в риторической плоскости происходит главный раскол и мятеж сегодня. Раньше патриоты были за войну, а отщепенцы — против. Теперь истинный патриот может быть и за войну, и против войны. Эту риторику Пригожин начал продвигать уже пару месяцев назад. И сегодня она стала общим достоянием нации.

Еще один важный эффект мятежа — телевизор перестал быть средством контроля информационного пространства. Мятеж развивался в социальных сетях, причем достаточно долго было не вполне понятно, есть он или является фейком. И в дальнейшем соцсети и распространяемые ими видео будут основным каналом информации о «том, что на самом деле». Но Кремль не контролирует эти каналы и механизмы распространения информации. А партия «свидетелей телевизора» будет теперь в гораздо большей степени подозревать, что ей чего-то не рассказывают.

Сейчас не ясно, чем кончится мятеж, как фактически будут устроены бои с вагнеровцами в глубине России. Однако кризис фронта не ограничивается «проблемой „Вагнера“». Есть потенциал и для второго кризиса — для второго мятежа. Это мобилизованные. Захваченные в сентябре–октябре 2022 года в ходе военкомовских облав, они находятся «на войне» восемь месяцев, но никакой механизм их ротации, кажется, не предусмотрен. Для этого нужно проводить новую мобилизацию. Сегодня это будет еще труднее, чем вчера. А значит, мобилизованные должны будут в конце концов сами о себе позаботиться. Но теперь им будет обеспечена гораздо большая общественная поддержка. Мятеж законен.

Кажется, Путин терпит второе крупнейшее поражение в нынешней войне после разгрома российских войск под Киевом. Аналогии с 1917 годом, брезжившие уже давно, теперь поднимаются перед наблюдателями в полный свой рост. Искусственный патриотический ажиотаж крайне опасен, потому что в условиях военных неудач грозит полным развалом фронта и военной машины. Украинское контрнаступление удалось.

Кроме того, одним из краткосрочных последствий мятежа может стать новый репрессивный сдвиг, в том числе возвращение смертной казни, о чем, впрочем, мечтали обе стороны противостояния.


Читайте также

06.07.23 Пригожин Аналитика Информационный мятеж: восстание Пригожина стало результатом фундаментальных сдвигов в российском медиапространстве Развернутая в Telegram-каналах альтернативная провоенная повестка стала идейной платформой пригожинского мятежа и причиной достаточно широкого сочувствия его мотивам. Однако этот эффект отражает более фундаментальные сдвиги — продолжающееся снижение влияния телевизора в российском информационном пространстве.  05.07.23 Пригожин Обозрение Мятежное послевкусие: группа поддержки Пригожина по итогам мятежа составляет не менее 20%, но может оказаться и существенно большей 03.07.23 Опросы Обозрение Мятеж и мир: доля тех, кто считает, что настал момент переходить к мирным переговорам с Украиной, выросла, а существенная часть общества отнеслась к пригожинскому мятежу с сочувствием