По пути в Туркмению: региональные выборы-2022 прошли в атмосфере замалчивания, запугивания и мобилизации «зависимого» электората


9–11 сентября в России прошли первые выборы в условиях «новой реальности» — войны и сопутствующего ей ужесточения политического режима. В последние годы региональные выборы постоянно приносили путинскому режиму неприятные сюрпризы, все более превращаясь в машину протестного голосования. Но в этом году Кремлю такого сценария удалось избежать. Эксперты движения «Голос» в итоговом обзоре выборной кампании пишут, что таких региональных выборов не видели за всю 22-летнюю историю своей деятельности. Избирательные кампании на уровне регионов практически не велись, региональные СМИ фактически игнорировали выборы, допущенные оппозиционные партии и кандидаты в основном отказались от активной агитации, а редкие независимые или неугодные участники кампании подвергались жесткому давлению вплоть до физического насилия. Основная ставка была сделана на максимальную «сушку» явки и полупринудительную мобилизацию «зависимых» избирателей, обеспечить которую должны были местные власти. Несмотря на это, в отдельных регионах выборы стали ареной борьбы местных элитных групп, на муниципальном уровне они были отмечены заметными всплесками протестного активизма, а в Москве даже стали инструментом антивоенной мобилизации избирателей.


Вышедший накануне голосования доклад движения «Голос», озаглавленный «Власть и пустота», — последний из серии обзоров, рассказывающих об усилиях Кремля и местных администраций по ограничению электоральной конкуренции на сентябрьских выборах (о законодательных новациях накануне кампании, тенденции «департизации» и наступлении на свободу слова Re: Russia рассказывала ранее). «Нынешние избирательные кампании совершенно не типичны, таких выборов в этих регионах не наблюдалось за всю 22-летнюю историю наблюдений „Голоса“: в большинстве регионов, где проходят только региональные выборы (губернаторов и законодательных собраний), избирательная кампания практически отсутствует — ее нет в информационной повестке СМИ, а сами кандидаты не предпринимают даже минимальных усилий, чтобы обозначить свое присутствие. Власть словно соревнуется с пустотой», — пишут авторы обзора. 

В последние годы протестное голосование на региональных выборах регулярно приносило Кремлю неприятности. И хотя набор регионов этого года не выглядел особенно проблемным (четыре из шести регионов, где прошли выборы в региональные заксобрания, принадлежат к «традиционно жестко электорально управляемым»), были предприняты экстраординарные усилия по снижению внимания избирателей к выборам и предотвращению протестной мобилизации. Этому в немалой степени способствовало поведение оппозиционных кандидатов и партий, которые, как отмечает «Голос», в большинстве регионов отказывались от активных кампаний и предвыборной борьбы — не писали жалоб на противозаконные действия оппонентов и не боролись за голоса избирателей. В такой ситуации «сильные оппозиционные кандидаты на фоне окружающей пустоты и посредственности оказываются еще более заметными мишенями для администраций и силовиков», отмечают эксперты. В результате давление на оппозиционеров постоянно усиливается, и если они не сдаются на этапе выдвижения и регистрации, им мешают проводить агитацию и даже используют прямое физическое насилие. Так, Сергею Бурцеву из Северного Измайлова «неизвестные» в ходе избиения сломали позвоночник, а Елене Медведевой из Ясенева — нанесли травму головы.

В то время как сами избирательные кампании в местной прессе почти не освещались, по заведенному в последние годы порядку кандидаты в губернаторы уже являются действующими главами субъектов или их врио (таким образом, выборы имеют вторичный характер по отношению к процедуре назначения губернатора президентом). Так как закон не предписывает им приостанавливать свои полномочия на время кампании, активное освещение их деятельности в качестве региональных чиновников создает им максимальное информационное преимущество. «Суммарно региональные СМИ упоминали „административных“ кандидатов в 9,5 раза чаще, чем всех остальных, вместе взятых»; на выборах региональных парламентов ситуация с представительством партий в информационном пространстве «лучше, но тоже далека от минимально приемлемого уровня», отмечают авторы доклада. 

Упоминаемость кандидатов в губернаторы в региональных СМИ, на сайтах органов власти, местного самоуправления и организаций

Упоминаемость политических партий в региональных СМИ, на сайтах органов власти, местного самоуправления и организаций, в среднем на регион участия



Определенная конкуренция наблюдалась лишь между кандидатами, которые представляли разные административные «группировки»: например, в Ярославской области выборы стали очередным раундом противостояния двух административных команд — мэра и губернатора. О других случаях подобной «внутривидовой» конкуренции рассказывается в обзоре, подготовленном одним из руководителей «Голоса» Станиславом Андрейчуком, и статье Александра Кынева на Re: Russia.

Более высокий уровень конкуренции наблюдался на муниципальных выборах, которые в этом году проходили во Владивостоке, Кирове, Барнауле, Омске, Ярославле и Москве — регионах, где протестное голосование проявляло себя в предыдущие годы. Здесь был применен весь арсенал средств давления — от препятствования проведению агитационных кампаний (80% информационных предвыборных стендов исчезли с улиц Кирова) до прямых репрессий против кандидатов (лидер приморских коммунистов Артем Самсонов находится в СИЗО) и принудительной мобилизации подконтрольных избирателей (в Омске с началом досрочного голосования стали появляться сообщения о подвозе избирателей на автобусах и чрезмерных очередях на участках). 

В Москве муниципальная платформа Михаила Лобанова «ВыДвижение» и сторонники Алексея Навального использовали выборы как повод для антивоенной мобилизации, призывая сторонников голосовать за кандидатов с антивоенной позицией или, по крайней мере, не высказавшихся в пользу войны. Впрочем, численные оценки их кампании будут затруднены фальсификациями при электронном голосовании.

Сделав ставку на «сушку» явки, власти готовились к тому, чтобы «возместить» ее при помощи административной мобилизации. Так, в распоряжении «Голоса» оказалась разосланная в Кирове методичка, озаглавленная «Мобилизационный план»: в ней указывается, какой процент голосующих обязаны обеспечить местные организации «Единой России», администрация и федеральные ведомства, а также бизнес-структуры региона. Помимо этого, управляемый исход голосования должны были обеспечить его новаторские формы — трехдневное и электронные голосования в ряде регионов.

Следует подчеркнуть, что добившись почти полного паралича руководства федеральных партий и полного административного контроля над всеми этапами предвыборной кампании, голосования и подсчета голосов, власти все еще сталкиваются с достаточно заметными всплесками низового активизма в крупных городах.


О логике и природе региональных электоральных кампаний в России, об особенностях нынешней и о том, как поддержка войны лишила КПРФ значительной части голосов, читайте на сайте Re: Russia статью крупнейшего российского эксперта по региональной политике Александра Кынева «СВО ваша, проблемы наши».