Снижение промышленного производства в России за три месяца войны экономисты оценивают в 4,5–7%, в июне сокращение продолжается


Темпы спада в российской промышленности замедлились в мае, следует из официальных данных Росстата, публикуемых обычно в конце следующего за отчетным месяца. Однако факторы замедления, возможно, носят временный или разовый характер, комментирует Центр макроэкономического прогнозирования. В целом, по расчетам Центра, накопленное за три месяца сокращение производства в промышленности составило почти 7% (6,9% от февральского максимума), в то время как в расчетах Росстата промышленность с декабря 2021 года сократилась на 4,6%. Так или иначе, это очень существенный спад, особенность которого состоит в том, что он не носит фронтального характера, сильно различаясь по масштабам в различных отраслях. Наибольший вклад в накопленное падение внесли сектор добычи полезных ископаемых (несмотря на то что в мае он продемонстрировал даже незначительный рост), металлургия, транспортное машиностроение, производство электрических приборов, электроники и оптики, а также автотранспорт. В июне сокращение в промышленности продолжается, о чем свидетельствуют косвенные опережающие индикаторы — сокращение потребления электроэнергии и погрузки грузов на железной дороге.

Промышленное производство снизилось по отношению к апрелю на 0,2% против апрельского снижения к марту на 1,9% (с устранением сезонного и календарного факторов). Этому способствовал разворот тренда в добывающих отраслях, в которых наблюдался небольшой рост (+0,4%), частично компенсировавший их драматическое апрельское снижение (–4,5%). В то же время падение в обрабатывающей промышленности ускорилось, составив 3,2% к маю прошлого года против 2,1% в апреле, следует из данных Росстата.

После выхода официальной статистики экономические центры пересчитывают ее по своим калиброванным методикам. Так, Центр макроэкономического прогнозирования (ЦМАКП) учитывает более узкий круг товаров (исключая значительную часть оборонного сектора), но с более надежными данными о производстве, исправляет выбросы (случайные сильные колебаниия) на уровне видов продукции, связанные, как правило, с ошибками отчетности по отдельным регионам, а также лучше учитывает сезонные и календарные факторы. Такой пересчет позволяет яснее увидеть реальные тренды в экономике. В пересчете ЦМАКП падение выпуска может быть бóльшим, чем у Росстата: –1,3% в мае к апрелю после –3,6% в апреле к марту.

Объем российского промышленного производства, по данным Росстата и оценкам ЦМАКП, 2019–2022, 100% = 2018

В целом накопленное за три месяца сокращение производства в промышленности составило, по подсчетам ЦМАКП, почти 7% (6,9% от февральского максимума), в то время как в расчетах Росстата промышленность с декабря 2021 года сократилась на 4,6%. Наибольший вклад в это накопленное падение внесло сокращение добычи нефти и газа, транспортное машиностроение (в основном — сокращение в железнодорожном машиностроении из-за отсутствия импортных комплектующих), а также производство металлов и изделий из них и, наконец, производство автотранспорта, где сокращение составило почти 70% (ситуацию несколько спасает грузовой автотранспорт, где объем производства находится на уровне 60% от объема мая 2021 года, в то время как производство легковых автомобилей встало практически полностью, составив в мае лишь 3,76 тыс. штук против 112,2 тыс. штук годом ранее). Продолжается (хотя и не такими катастрофическими темпами, как в марте) сокращение производства электрооборудования, электроники и оптики.

Общая картина замедления в падении выпуска в апреле по сравнению с мартом связана со стабилизацией в добывающей промышленности. Так, в мае среднесуточная добыча нефти оказалась выше апреля (+0,4%) после снижения на 6,9% в целом за март–апрель, отмечают эксперты ЦМАКП. Вес этой отрасли в экономике очень велик, поэтому даже небольшой позитивный сдвиг отражается на общем показателе. Также вклад в замедление падения в мае по сравнению с апрелем внесли электроэнергетика, производство нефтепродуктов и химия. Это во многом объясняется разовыми факторами: увеличение выпуска нефтепродуктов и химической продукции ЦМАКП объясняет компенсационным эффектом (в частности, помогло ослабление экспортных ограничений в части минеральных удобрений), а рост выработки электроэнергии (+2,4% к апрелю) — необычно холодной погодой.

Наоборот, весомый вклад в падение промышленности в апреле внесла металлургия. В частности, в мае о стремительном падении производства публично сообщали крупнейшие металлургические компании, заявившие, что в июне сокращение производства у них составит от 20 до 45%. Продолжается падение в отраслях, связанных с потребительским спросом. Так, в мае производство товаров длительного пользования снизилось на 23,9% к апрелю после снижения почти на 20% в апреле к марту. Вероятно, сказывается отсутствие комплектующих; кроме того, еще в марте на волне ажиотажного спроса потребители покупали впрок товары длительного пользования, продолжается сжатие кредитования и ограничения предложения, отмечает Telegram-канал, который ведут аналитики «ВТБ Капитала». Падение производства непродовольственных товаров повседневного спроса оказалось значительно меньше и в мае даже замедлилось (–4,1% к апрелю против апрельских –5,8% к марту).

В июне падение в промышленности продолжится. Об этом свидетельствуют опережающие косвенные индикаторы, в частности резкое снижение потребления электроэнергии (–1,1%) и погрузки грузов на железной дороге (–0,6%), пишут эксперты ЦМАКП в другой записке. Эти оперативные показатели обычно достаточно надежно отражают динамику деловой активности. В частности, снижение потребления электроэнергии с пикового январского уровня на 1,9% в июне в норме соответствует ослаблению интенсивности производства примерно на 4,0–5,5%, пишет ЦМАКП. В то же время индекс PMI, построенный на опросе менеджеров, уже второй месяц подряд демонстрирует нейтральное значение (то есть не фиксирует ухудшения). Но значение индекса в сложившихся обстоятельствах может выглядеть несколько завышенным, признают эксперты.

Динамика текущей рецессии не схожа с коронакризисной, пишет «Коммерсантъ» со ссылкой на аналитиков «Райффайзенбанка», так как «сейчас отрицательные факторы более долгосрочны». Речь идет о «проблемах с поставками импортных комплектующих, которые еще не коснулись широкого круга отраслей» и «спаде внутреннего и ограниченности внешнего спроса (помимо логистических трудностей, рентабельность бизнеса экспортеров может пострадать как из-за ценовых дисконтов, так и из-за крепкого курса рубля)».