Кремль запрягает телегу: по мере расширения контроля со стороны властей аудитория Telegram’a теряет признаки оппозиционности


И до начала войны, и в первые ее месяцы аудитория Telegram’a была гораздо более оппозиционной по отношению к властям и официальным нарративам, нежели группы населения, ориентированные на другие источники информации. Однако после того, как аудитория мессенджера и его политическое влияние резко выросли за последние месяцы, это свойство Telegram’a оказалось в значительной степени размыто, показывает экспресс-анализ Re: Russia. Расследование издания «Проект» демонстрирует, как рост политического влияния Telegram’a шел рука об руку с его укрощением со стороны Кремля.

С самого момента своего создания, ставшего ответом Павла Дурова на захват Кремлем его сети «ВКонтакте», Telegram воспринимался как преимущественно общественно-политический мессенджер, своего рода площадка сопротивления. Однако очень скоро выяснилось, что его архитектура пригодна для целей обеих сторон — и гражданского общества, и авторитарного режима. 

Сначала мессенджер стал ареной сливов, компромата и кулуарных слухов бюрократической среды, а также провокаций силовиков. Но после начала войны и блокировок соцсетей Meta политический вес Telegram’а начал стремительно расти. Этому способствовал не только фактический рост аудитории и объема контента, но и то, что в условиях тотальной цензуры в традиционных СМИ Telegram взял на себя функцию генератора повесток и инфоповодов как для оппозиционных, так и для провластных медиа, а также рост внимания к Telegram’у со стороны политического руководства. В этом смысле, как мы уже писали, влияние мессенджера стало приближаться к влиянию телевизора.

Именно благодаря Telegram’у Пригожин и Кадыров превратились в главных медийных персон войны, а феномен «военкоров» (наиболее подробное расследование о военкорах публиковало «Свободное пространство») оказал прямое влияние на принимаемые в Кремле ключевые решения, связанные с войной в Украине (борьбу вокруг назначения командующего группировкой и объявление мобилизации). При этом мессенджер оказался крайне удобен в том числе для манипуляций с размером аудитории и цитируемости. «Telegram лидирует и по относительному приросту авторов — плюс 144%, и по относительному приросту контента — плюс 159%. По числу авторов Telegram уступает „ВКонтакте“ и Instagram. По объему публикуемого контента — является лидером среди социальных платформ в России. При этом на платформе более 40% сообщений являются следствием бот-активности», — пишет в ноябрьском отчете Brand Analitics.

Очередное расследование издания «Проект» анализирует новый этап закрепления контроля Кремля над мессенджером, связанный со стремительным ростом его влияния. В первой части расследования рассказывается, как доверенное лицо Сергея Чемезова Василий Бровко с помощью силовиков «зачищал» мессенджер от «сливных» брокеров (попутной жертвой этой кампании оказалась даже Ксения Собчак). С тех пор как мониторинг мессенджера оказался, по всей вероятности, в поле зрения Путина, цена вопроса многократно возросла и старый мелкий и средний бизнес попал в жернова большой политики.

Во второй части «Проект» описывает, как власти «укрощают» знаменитых «военкоров» (ранее об этом писала «Новая газета. Европа»). Уже после летних встреч с Путиным и Шойгу «военкоры» стали гораздо более лояльными, отмечает «Проект» на основании анализа контента 25 крупнейших военных телеграм-каналов, в том числе «WarGonzo», «Рыбарь», «Мир сегодня с Юрий Подоляка» и др., общая «номинальная» аудитория которых составляет почти 17 млн подписчиков. Отступление на харьковском направлении критиковали 14 из 25 военкоров, после чего Путин снова провел с ними встречу, на которой военкоры убеждали президента начать мобилизацию. Уже в октябре, пишет «Проект», военкоры оказались в полной власти Кремля. Вскоре после объявления мобилизации стало понятно, что она проходит в авральном и хаотическом режиме и совершенно административно не подготовлена, однако большая часть военкоров воздерживались от ее критики, представляя скандальные эпизоды как «перегибы на местах», на которые власти немедленно реагируют. 

Усилия Кремля по «запряганию телеги» имеют видимый социологический эффект, показывает экспресс-анализ Re: Russia. По мере того как летом и осенью аудитория Telegram’а становилась заметно больше, она теряла признаки оппозиционности. И в 2021 году, и в начале войны Telegram и телевизор являлись своего рода экстремумами: люди, ориентированные на телевизор в качестве источника информации, имели наиболее лоялистские взгляды, в то время как оппозиционность тех, кто ориентируется на Telegram, превосходила свободомыслие пользователей соцсетей. В таблице ниже представлена разница в оценках Владимира Путина и военной операции потребителями Telegram’а и поклонниками других источников информации. В ноябре снижение уровня оппозиционности читателей Telegram’а по сравнению с апрелем составило от 6 до 10 процентных пунктов в отношении к Путину и от 4 до 6 п. п. в отношении к «спецоперации». По уровню оппозиционности аудитория Telegram’а теперь даже несколько уступает аудитории соцсетей и аудитории «сарафанного радио».

Уровень лояльности аудитории Telegram’a по отношению к уровню лояльности аудиторий других источников информации, апрель–ноябрь 2022 года, процентные пункты 


Основной источник информации

Все кроме Telegram’a

Телевизор

Сарафанное радио (родственники, знакомые)

Интернет-издания

Социальные сети

Одобрение Владимира Путина

апрель

–11

–18

–5

–6

–7

май

–12

–20

–8

–6

–7

июнь

–9

–17

–5

–7

–8

август

–10

–17

–7

–7

–6

сентябрь

–9

–16

–4

–4

–4

октябрь

–8

–14

–4

0

–4

ноябрь

–5

–11

2

1

3

Одобрение действий российских войск в Украине

апрель

–10

–17

–5

–7

–5

май

–7

–16

–3

–3

–3

июнь

–8

–17

–3

–5

–4

август

–5

–14

0

–2

1

сентябрь

–8

–15

–1

–6

–5

октябрь

–6

–12

5

4

–2

ноябрь

–6

–13

1

–2

1

Источник данных: «Левада-центр», исследование «Курьер».

Читайте также

13.01 Пропаганда Аналитика Генераторы недоверия: как устроены кремлевские кампании дезинформации и астротурфинга Масштабная активность Кремля в TikTok и других социальных сетях не дает прямого результата, но обладает сильным вторичным эффектом: кремлевские кампании дезинформации не переубеждают сторонников противной точки зрения, но сеют в их рядах ощущение уязвимости и недоверие к устойчивости нормативных и либеральных социальных порядков. 21.12.22 Пропаганда Обозрение Пушки вместо масла: прогосударственные российские СМИ все охотнее рассказывают населению про войну и «выдавливают» экономические темы из новостной повестки 29.11.22 Пропаганда Обозрение «Кремлевские тролли никогда не спят»: российские пропагандистские кампании в европейских соцсетях не слишком эффективны, но могут создавать проблемы в кризисных ситуациях