У ворот спада: российская экономика вошла в область отрицательного роста — по крайней мере, одной ногой

Спад с неизвестными

В первом квартале 2026 года российская экономика перешла к спаду. Этот переход официально зафиксирован предварительной оценкой Минэкономразвития, согласно которой экономика сократилась на 0,3% к первому кварталу 2025 года. Оценка Росстата появится позже, однако оперативный показатель, максимально приближенный к ВВП, — индекс выпуска по базовым видам экономической деятельности (индекс БВЭД) — по итогам квартала показал снижение на 0,7% в годовом выражении, следует из мартовского доклада ведомства. Алармисты из Института народнохозяйственного прогнозирования полагают, что снижение составило целых 1,5%.

Так или иначе, факт отрицательной динамики официально признан. Напомним, что в середине прошлого года ряд аналитиков и аналитических центров также оценивали текущую динамику ВВП как отрицательную, но российские власти активно сопротивлялись такой интерпретации, настаивая, что речь идет лишь о «рукотворном замедлении» роста в целях борьбы с инфляцией (→ Re: Russia: Дроны против рецессии). Нынешнее признание, скорее всего, указывает на то, что в правительстве смирились с тем, что одним кварталом минимального перехода в отрицательную зону дело не обойдется. Так или иначе, военный экономический бум 2023–2024 годов и связанный с ним рост окончательно ушли в прошлое. С учетом более высоких показателей второго полугодия состояние российской экономики в 2025 году можно определить скорее как стагнацию (официальная оценка Росстата — +1%; см. график 1), но удержаться на этом же уровне в нынешнем году вряд ли удастся. Впрочем, масштабы спада и интерпретация его причин вновь станут и уже стали предметом острой полемики.

График 1. Динамика ВВП, индекса выпуска по базовым видам экономической деятельности и промпроизводства, 2022–2026

Оценка спада первого квартала действительно является задачей со многими неизвестными. Помимо календарного фактора (в январе–феврале 2026 года было на три рабочих дня меньше, чем в 2025-м), вклад которого различные аналитические центры оценивают по-разному, проблема заключается в том, что Росстат перешел на новый базовый год в расчете индексов производства (2023-й вместо 2018-го). При этом спад в первом квартале 2026 года оказался бы более глубоким, если бы не рывок промышленности в марте после заметного падения в январе–феврале, которое фиксирует Росстат. В то же время старые и новые ряды Росстата не вполне согласуются между собой, указывают эксперты (в частности, авторы обзора Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования, ЦМАКП). Так, по исходным данным, индекс промпроизводства к соответствующему периоду прошлого года в марте вырос на 2,3%, в то время как цепной индекс с устранением сезонного и календарного факторов дает рост на 4,6%. Авторитетный Telegram-канал MMI категоричен: месячная динамика в данных Росстата не согласуется с годовой, а потому пока «никакого доверия к цифрам нет».

Споры о долях процента сегодня не имеют особого смысла: оценка ВВП не только будет произведена Росстатом позже, но еще и неоднократно подвергнется пересмотру. А глава ЦБ Эльвира Набиуллина полагает, что окончательные выводы можно будет делать лишь по итогам полугодия: выпадение трех рабочих дней в январе–феврале вычло из годовых темпов роста до 0,5 процентного пункта, но будет компенсировано дополнительными рабочими днями в мае–июне, где будет, наоборот, на три рабочих дня больше, чем годом ранее. В то же время анализ динамики первого квартала в раскладке секторов и отраслей дает достаточно ясную картину дальнейшего ухудшения экономической динамики по нескольким направлениям.

Расщепление с сокращением

В первом квартале 2026 года динамика промышленного производства, имеющая наибольший вес в структуре индекса БВЭД (более 40%), осталась примерно на уровне прошлого года, а существенное ухудшение наблюдается в грузообороте транспорта и строительстве (график 2). Падение «стройки» на 10% к уровням начала 2025 года некоторые аналитики объясняли сильными морозами в январе; впрочем, другие энергично опровергали это мнение. Так или иначе, на начало 2026 года в положительной зоне из «базовых видов» находится только розничная торговля, которая продемонстрировала прирост на 3,6% к первому кварталу 2025-го. По данным Росстата, основной рост в секторе также пришелся на март и был обеспечен сегментом непродовольственных товаров (+9,1% к марту 2025-го).

График 2. Основные составляющие индекса выпуска по базовым видам экономической деятельности, 2025–2026

Согласно Росстату, промышленность прибавила 0,3% к первому кварталу 2025 года, а по расчетам ЦМАКП, наоборот, имело место снижение на 0,2%. Однако в любом случае главной новостью здесь является то, что обрабатывающий сектор, который вытягивал экономическую динамику в положительную зону в прошлом году, впервые с 2022 года сам оказался в отрицательной (–0,7%), а положительный результат промышленности в целом был обеспечен небольшим приростом в добыче полезных ископаемых (впрочем, скорее всего, временным). 

На протяжении 2025 года динамика обрабатывающего сектора определялась его расщеплением на две части: сжимающихся гражданских производств и сохраняющих относительно высокие темпы роста военных и околовоенных. Расхождение этих векторов продолжает нарастать, а выпуск в «гражданке» в первом квартале 2026 года находится на уровнях, возможно, даже ниже довоенных уровней конца 2021-го. В то же время, по оценкам ЦМАКП, мартовский скачок промпроизводства на 2,3%, который существенно улучшил квартальную динамику, был более чем на 80% обеспечен приростом выпуска в секторах с доминированием ВПК. 

График 3. Динамика промышленного производства в целом и гражданских отраслей, 2021–2025, сезонность устранена, 100 = среднемесячное значение 2021 года

Впрочем, зона «военного» роста также сжимается. Например, темпы роста подотрасли «производство прочих транспортных средств» снизились с +39% в первом квартале 2025 года до +25% в первом квартале 2026-го. При этом собственно производство дронов растет прежними темпами (+66% в годовом выражении), однако гражданские производства подотрасли (например, производство вагонов и локомотивов) погружаются в более глубокий спад (на 25% к первому кварталу 2025 года, когда сокращение выпуска составляло в годовом выражении только 10%). Еще одна военная подотрасль — производство готовых металлических изделий, — являвшаяся локомотивом динамики обрабатывающей промышленности в период «высокого» роста 2023–2024 годов, и вовсе развернулась к спаду (–0,8% в первом квартале 2026 года после роста на 23,4% в первом квартале 2025-го и на 18% по итогам года). Это, по всей видимости, частично связано с изменением характера боевых действий — снижением значимости тяжелой военной техники и артиллерии, а частично — со спадом в гражданских производствах подотрасли (производства котлов, цистерн и прочих металлических изделий гражданского назначения). Также снизились темпы роста в производстве компьютеров, электронных и оптических изделий (с +12% в начале 2025 года до +5% в первом квартале 2026-го). И это замедление также связано с сокращением в гражданских производствах.

Среди гражданских отраслей следует отметить прежде всего углубление спада в металлургии — на 10% в первом квартале 2026 года против сокращения на 1,5% в первом квартале 2025-го и на 2% по итогам прошлого года, а также в деревообработке — на 7% против 2% в первом квартале 2025-го. Наконец, рост или стагнация в начале 2025 года сменились в начале 2026-го выраженным спадом в химическом и текстильном производствах. В целом, анализ на уровне отраслей, подотраслей и конкретных производств показывает, что в течение прошлого года ситуация в промышленности ухудшалась за счет расширения зоны отраслей, переходивших к сокращению выпуска (→ Re: Russia: Рукотворное замедление). В первом квартале этого года основной вклад в дальнейшее ослабление показателей вносит скорее углубление спада в ряде значимых отраслей: металлургии, деревообработке, производстве одежды и электрооборудования.

Динамика отдельных отраслей обрабатывающей промышленности, 2025–2026, % к соответствующему периоду предыдущего года

ЦБ в апрельском обновлении своего прогноза по росту ВВП в 2026 году оставил неизменным широкий диапазон 0,5–1,5%. Прогноз Минэкономразвития, подготовленный в сентябре прошлого года, предполагал рост на 1,3%, однако в конце марта глава ведомства ‌Максим Решетников предупредил, что он будет понижен. Сбербанк в конце апреля уже ухудшил прогноз с 1–1,5 до 0,5–1% ВВП, отметив, что обороты бизнеса впервые с 2022 года снизились за квартал на 2,2% в номинальном выражении. ЦМАКП снизил свой прогноз с 0,9–1,3 до 0,5–0,7%, уточнив в специальном комментарии, что положительный вклад более высоких цен на нефть будет компенсирован рисками сокращения ее добычи и экспорта в результате атак на портовую инфраструктуру и нефтеперерабатывающие заводы.

На наш взгляд, в прогнозе экономической динамики следует учитывать еще одно важное изменение начала 2026 года. Итоги первых двух месяцев указывают на резкое ухудшение финансового состояния предприятий. По расчетам Росстата, сальдо прибылей и убытков организаций в январе–феврале (3,35 трлн рублей) составляет 67% от уровня тех же месяцев прошлого года. В предыдущие годы показатель демонстрировал рост — на 16% в 2024-м и на 23% в 2025-м. В добывающем секторе сальдированный результат составил 68% от уровня прошлого года, а в обрабатывающей промышленности — 55%. При этом собственные финансовые ресурсы являются для экономических субъектов основным источником как оборотных средств, так и инвестиций в основной капитал, а прогноз ЦБ по динамике снижения ключевой ставки стал более консервативным (→ Re: Russia: Кот в банке). Эти обстоятельства вкупе с ростом фискального гнета будут оказывать дополнительное давление на экономическую активность в течение года.