Чучхе по-российски: пенсионеры и работники госсектора верят, что «опора на собственные силы» станет стимулом для экономики


Санкционная политика, изолирующая российскую экономику от внешнего мира, воспринимается россиянами скорее в качестве стимула для ее развития, нежели как препятствие, демонстрируют социологические опросы. При этом уровень поддержки идеи «опоры на собственные силы» коррелирует с общим уровнем индокринированности респондентов (политической поддержкой решений российских властей, опорой на официальные источники информации и т. д.). Идею изоляции страны разделяют люди старшего поколения, покинувшие экономически активную когорту, а также сотрудники государственного сектора и компаний, связанных с государством. Гораздо менее изоляционистски настроены руководители и предприниматели, более осведомленные о положении дел в экономике и на внутреннем рынке. Непосредственное столкновение с последствиями санкций (неполный рабочий день, простои, отпуска за свой счет, сокращение зарплаты) также значительно уменьшает оптимизм по поводу импортозамещения и перспектив экономической автаркии.

Масштабные санкции, введенные против России странами Евросоюза, США и их союзниками, результатом которых уже стало сокращение ВВП на 4%, как известно, не слишком беспокоят российское население. По данным «Левада-центра», в целом они тревожат россиян даже меньше, чем гораздо более скромные санкции, введенные против России в 2014 году. Правда, сегодня доля тех, кого санкции «очень беспокоят», — около 20% — вдвое больше, чем составляла эта группа в 2014 году, доля тех, кого санкции «довольно беспокоят», в 2014 году составляла около 30%, а летом 2022-го — 20%, зато доля тех, кого санкции «совершенно не беспокоят», в 2014 году в среднем по опросам составляла 17%, а в летних замерах 2022-го — 30%.

Беспокоят ли вас политические и экономические санкции стран Запада в отношении России? % от числа опрошенных

При этом снижается число респондентов, отметивших, что санкции создали проблемы для них и их семей: если в марте серьезные и очень серьезные проблемы в связи с санкциями отмечали 22 и 7% опрошенных соответственно, в мае эти цифры снизились до 11 и 5%. Но и в своих социотропических оценках (то есть оценках, касающихся влияния происходящего на общество в целом), как показывает опрос «Левада-центра», проведенный в августе 2022 года, россияне не обеспокоены последствиями санкций: 55% считают, что они укрепят страну и станут стимулом для ее развития, 24% полагают, что санкции никак не повлияют на развитие России, и лишь 16% думают, что они нанесут существенный урон России.

При этом негативное влияние санкций на собственную жизнь и благополучие близких острее ощущают респонденты с низким доходом, свидетельствуют результаты всероссийских опросов, проведенных Russian Field. Так, например, в июле среди наименее обеспеченных — тех, кому хватает денег только на еду, — влияние санкций ощущали 45% опрошенных, а среди тех, кто может позволить себе практически все, эта доля составила 22%. Материальное положение негативно связано как с общей удовлетворенностью положением дел в стране в целом, так и с отношением к войне: респонденты с низким уровнем благосостояния чаще высказываются против войны — в ответах как на прямые, так и на проективные вопросы; они же наиболее пессимистично оценивают ход «специальной военной операции».

Региональный опрос, проведенный в Самаре Фондом социальных исследований (1000 респондентов, репрезентативная выборка), позволяет существенно уточнить картину отношения россиян к санкциям и тех факторов, которые его определяют, и получить углубленное представление о том, как трудности на рынке труда, деловая активность и профессиональный опыт сказываются на представлениях респондентов об изоляции национального рынка и производства от внешнего мира. 

В целом большинство опрошенных выступают скорее за обособление национальной экономики (автаркию), нежели за ее открытость внешнему миру. Выбирая между «опорой на собственные силы» и «сотрудничеством с другими странами» в вопросе об экономическом развитии страны, первый вариант предпочли 53% респондентов, а второй — 28%, еще 19% не смогли дать определенный ответ. При этом доля сторонников «опоры на собственные силы» растет по мере увеличения возраста респондентов: в когорте старшего поколения таких подавляющее большинство, 61% против 20%, придерживающихся противоположной позиции; в когорте молодых перевес изоляционистов не слишком велик: 48% против 37%.

То, насколько респондент задет негативными изменениями в экономике, также сказывается на представлениях о благотворности изоляционизма и экономической автаркии. Среди тех, кто столкнулся с уходом в вынужденный отпуск и приостановкой работы без сохранения заработной платы, идею сотрудничества с другими странами разделяет большинство опрошенных: 59 и 54% соответственно.

Сектор экономики, в котором работает респондент, также имеет значение: работающие в автомобилестроении (здесь сказывается региональная специфика Самары), бюджетной сфере и строительстве больше других настроены на развитие на основе собственных ресурсов: это 62, 58 и 52% респондентов соответственно. Занятые в нефтеперерабатывающей отрасли и частном секторе, напротив, настроены менее изоляционистски: только соответственно 35 и 49% респондентов высказываются в пользу «опоры на собственные силы»; в пользу международной экономической кооперации высказываются соответственно 40 и 35%. 

Важным фактором распространенности изоляционистских настроений является информированность респондентов, которая определяется их профессиональным опытом. Так, респонденты, занимающие руководящие должности на предприятиях, предприниматели и фермеры (лучше и практически информированные о состоянии экономики и рынков) более скептически, нежели остальные граждане, оценивают способность российской экономики заменить ушедшие с рынка товары и услуги. В среднем более половины (52%) опрошенных считают, что отечественные производители смогут заменить импортное медицинское оборудование, однако среди руководителей эту позицию разделяет только 38% респондентов. 54% жителей региона полагают, что успешное импортозамещение произойдет на российском рынке автомобилей и запчастей; среди руководителей так думают лишь 43%. Для рынка бытовой техники это соотношение 59 и 48%, для медицинского оборудования — 52 и 43%. В среднем, как видим, с ростом информированности уверенность в потенциале отечественных производителей снижается на 10 п. п. Такой же эффект дает расширение источников информации: среди тех, кто использует VPN, то есть пользуется заблокированными в России источниками информации, лишь 41% верят в способность отечественной экономики заменить импортные поставки. Среди тех, кто не имеет такого доступа, доля существенно выше — 73%. 

Предсказуемо, уровень изоляционизма коррелирует и с общей поддержкой политических действий российских властей: например, среди тех, кто считает, что боевые действия против Украины должны быть продолжены, 61% уверены в успехе импортозамещения на автомобильном рынке. А среди тех, кто предпочел бы мирные переговоры, так думают только 44%. Иными словами, те, кто находится внутри провластной повестки и ориентирован на официозные источники информации, в большей степени воспроизводят нарратив государственной пропаганды о том, что российская экономика не просто хорошо справляется с кризисом, но укрепляется на фоне спада экономики в западных странах.

Читайте также

06.12 Опросы Обозрение Война залипла: напряжение, связанное с мобилизацией, частично спало, сторонники мирных переговоров остаются в большинстве, но менее внушительном, чем раньше 30.11 Опросы Экспертиза Фрустрации спецоперации Надя Евангелян, Андрей Ткаченко Жителям России все труднее отвечать на вопросы о том, когда закончится «спецоперация», насколько успешно она протекает, а число россиян, которые испытывают тревогу или ощущают депрессивные настроения, растет, следует из данных последней волны опроса независимого проекта «Хроники». Уровень поддержки войны, который фиксирует этот проект, остается неизменным с начала лета и составляет около 55%, при этом ядро поддержки «спецоперации» составляет не более трети всех опрошенных. 16.11 Опросы Обозрение Включение в состав России оккупированных украинских территорий не встретило у россиян эмоционального отклика: в конце октября об этом вспомнили лишь 6% опрошенных