Превентивное поражение: при любом исходе войны Россия выйдет из нее ослабленной и вынуждена будет перейти к политике «самоограничения», считают эксперты


Уже понесенные в ходе военного конфликта в Украине военные, экономические и политические потери России таковы, что даже относительная победа, шансы которой невысоки, не позволит быстро восполнить их. В результате при любом исходе конфликта в ближайшие годы и, возможно, десятилетия Россия вынуждена будет перейти в режим «самоограничения», чтобы восстановить подорванные силы и репутацию. Этот режим заставит ее сконцентрироваться на первоочередных задачах национального интереса и резко ограничит ее внешнеполитическое влияние. Распад России выглядит маловероятным сценарием, но ей придется все более опираться на Китай и увеличивать свою зависимость от него. Ослабление Кремля чревато реанимацией старых конфликтов на постсоветском пространстве, когда Россия перестанет быть гарантом соблюдения договоренностей. Так или иначе, Россия в любом случае придет к окончанию этого конфликта с результатом, прямо противоположным тому, которого она стремилась достичь, начиная войну с Украиной.

Вне зависимости от исхода войны военные, экономические и репутационные потери России не оставляют сомнения в том, ей придется отказаться от большой стратегии «системного оспаривания» существующего мирового порядка, которой она придерживалась последние годы, и перейти к режиму «ограничения» (retrenchment), пишет эксперт эстонского Института внешней политики Иван Клыщ. Режим «(само)ограничения» отнюдь не редкая (и многократно описанная) и скорее даже наиболее рациональная стратегия для больших держав, переживших поражение или масштабный внутренний кризис. Пережитые неудачи, угроза углубления кризиса и распада государственности вынуждает лиц, принимающих решения, сосредоточиться на восстановлении сил, снижении рисков и сокращении затрат за счет отказа от обязательств, которые не являются приоритетными и необходимыми, — в том числе от ведения военных действий и наращивания политического влияния за рубежом. В России эта стратегия хорошо известна по максиме министра иностранных дел Александра Горчакова «Россия сосредотачивается», сформулированной вскоре после поражения российской монархии в Крымской войне. В последнее время политика «ограничения» и «концентрации» обсуждалась в основном в применении к США, которые, по мнению многих в Америке, должны сократить свои внешнеполитические обязательства.

Министр обороны Польши считает, что России понадобится от трех до десяти лет, чтобы восстановиться до способности начать еще одну крупную войну. Россия растратила значительную часть своего военного потенциала, не добившись значимых успехов, имеет дело с системным кризисом своей армии, ее экономический и технологический потенциал подорван международными санкциями и «ошеломляющим» «бегством мозгов». В экономике Россия вынуждена осуществлять стратегию «технологически регрессивного импортозамещения» (термин Бранко Милановича). В политической сфере она будет испытывать напряжение, стремясь сохранить режим личной власти и ее максимальной концентрации в условиях растущего недовольства элит, вызванного неудачами и ограничениями. Кроме того, авторитет Кремля снизился и среди стран-партнеров, и среди собственного населения. Поэтому режим «ограничения» станет выбором России вне зависимости от того, уйдет Путин или нет и чем закончится война.

«Ограничение» России с высокой вероятностью может привести к реанимации старых и возникновению новых военных конфликтов на постсоветском пространстве, считает Павел Баев, старший научный сотрудник Центра по Соединенным Штатам и Европе из The Brookings Institution. Россия уже утрачивает свои позиций в странах, в которых ее присутствие традиционно было гарантом сохранения достигнутых договоренностей, вторят ему аналитики вашингтонского Центра анализа Европейской политики (CEPA). В результате чего усилия последних тридцати лет, затраченные Россией на утверждение своих лидерских позиций в регионе, идут прахом. Так, она уже утратила статус страны-покровителя для Армении, президент которой отказался подписать итоговую декларацию ОДКБ из-за неготовности России занять более решительную позицию в возобновившемся армяно-азербайджанском конфликте. Тактики замалчивания и уклонения от арбитража и вмешательства Россия придерживается и в отношении спора Киргизии и Таджикистана, из-за чего Киргизия отменила очередные военные учения ОДКБ, которые должны были состояться на ее территории в октябре. Казахстан, несмотря на отсутствие прямого конфликта интересов с кем-либо из своих соседей, тоже взял курс на отдаление от России, отказавшись поддержать идею российского правительства ввести совместные санкции в отношении западных стран.

Ослабление России может привести к новым конфликтам в приграничной Грузии и даже в еще пока российской Чечне, считает Баев. Чеченские сепаратисты могут воспользоваться амбициями Рамзана Кадырова, а Россия будет слишком истощена, чтобы ввязаться в еще одну чеченскую кампанию. Грузия, в свою очередь, может попытаться вернуть в свои границы Абхазию и Южную Осетию. И если возвращение Южной Осетии, скорее всего, не представит большого труда, то из-за Абхазии может разразиться новый военный конфликт. Еще одной точкой изменений, по мнению аналитика, станет Беларусь: режим Лукашенко падет, как только Россия перестанет оказывать ему поддержку. Сплотившаяся благодаря массовым протестам 2020 года белорусская оппозиция будет стремиться к созданию проевропейского правительства, готового разорвать договор о союзном государстве с Россией.

Два наиболее обсуждаемые сценария для «поствоенной» России — распад и «опора на Китай», увеличивающая ее зависимость от Пекина. Однако первый сценарий, по мнению Ивана Клыща, куда менее вероятен, так как Россия — гораздо более гомогенная страна, чем был Советский Союз. Так или иначе, Западу уже сейчас необходимо продумывать сценарии взаимодействия с этой ослабленной «поствоенной» Россией, чтобы избежать новых геополитических катастроф и иметь возможность влиять на будущие власти страны, исходя из интересов международной безопасности, пишут эксперты. Самое главное, что Россия в любом случае придет к окончанию этого конфликта с результатом, прямо противоположным тому, которого она стремилась достичь, начав войну с Украиной.